**Вода - это почти «новая» нефть XXI века. **
**Вода - это почти «новая» нефть XXI века. **
Здравствуйте, уважаемые пользователи Forum.Online. Прошло достаточно времени с моего последнего поста, так как были дела и не было возможности писать сюда. Я думал, о чём стоит написать данный пост - некоторые узкоспециализированные темы вряд ли будут понятным многим. Поэтому стоит обсудить то, что мне также довелось исследовать ещё со времён учёбы в школе, но так и не добрались руки закончить работу: экономико-стратегическое значение воды в мире в рамках новых вызовов перед человечеством.
Эту публикацию, скорее всего, придётся поделить на две части, так как в первой части я введу в общий курс дела, а во второй части не только поясню то, почему России так сильно нужен именно весь Донбасс, но и то, почему текущие трудности с водоснабжением в регионе решить невозможно по многим объективным причинам.
Узбекистан - яркий пример борьбы за водные ресурсы.
Вода в XXI веке становится стратегическим ресурсом, сравнимым по своему значению с нефтью. Центральная Азия - один из самых засушливых регионов мира, где вопрос доступа к водным ресурсам давно стал предметом межгосударственных разногласий. Географическое разделение региона предопределило хронический водный дисбаланс. Истоки двух главных артерий, Амударьи и Сырдарьи, расположены преимущественно в горных государствах Кыргызстане и Таджикистане. Именно в этих странах формируется значительная часть стока, питающего всю Центральную Азию, что делает их «водными донорами» региона.
В советское время здесь были построены крупные гидроэлектростанции: Токтогульская ГЭС в Кыргызстане и Нурекская ГЭС в Таджикистане. Тогда существовала централизованная схема: летом верхние государства отпускали воду для ирригации полей, а зимой получали в обмен энергоносители. После распада СССР эта система перестала функционировать, и водный вопрос превратился в предмет межгосударственных разногласий.
Основное противоречие заключается в сезонном несовпадении интересов. Кыргызстану и Таджикистану требуется максимальный объём воды зимой, когда ГЭС работают в энергетическом режиме. Странам ниже по течению (Узбекистану, Казахстану, Туркменистану) вода критически нужна летом - в период поливов. Узбекистан, Казахстан и Туркмения считают воду «общим достоянием», тогда как Таджикистан и Киргизия настаивают на принципе «вода в обмен на энергию».
Водная проблема Центральной Азии имеет прямые исторические корни, заложенные ещё в советское время. Истоки сложной межэтнической и межгосударственной конфигурации Ферганской долины возникли к началу 1920-х, когда проводимая в то время политика СССР привела к этническому и административному размежеванию территорий между Узбекской, Киргизской и Таджикской ССР. В результате возникла мозаика анклавов и эксклавов, требовавшая совместного управления водными и земельными ресурсами.
В своей работе я описывал то, как границы между Узбекистаном, Таджикистаном и Кыргызстаном были установлены так, что Ферганская долина оказалась заблокирована горами Курамин, а равнинный путь из Ферганы в Ташкент проходит через Таджикистан. Это породило территориальные и земельно-водные конфликты, которые не решены до сих пор.
Одним из наиболее сложных вопросов стали эксклавы. Например, Сохский район Узбекистана полностью окружён территорией Кыргызстана. Этот район образовался в результате административных решений советского периода, когда этнические и административные границы проводились без учёта будущих политических реалий. Аналогичная ситуация с анклавом Шохимардон и другими территориями. В результате после обретения независимости тремя государствами старые противоречия проявились с новой силой. **Усилились споры вокруг распределения природных ресурсов густонаселённой Ферганской долины. **
Например, относительно недавно в 2021 и 2022 годах такое межевание границ привело к масштабным столкновениям с использованием тяжёлых вооружений на границе Кыргызстана и Таджикистана. Счёт жертвам шёл на десятки, многие семьи остались без крыши над головой. Несмотря на мирный договор, который был подписан в 2025 году между этими государствами, я не сильно верю в то, что этот конфликт был полностью исчерпан. Примечательно и то, что оба эти государства находятся в составе ОДКБ.
Но таких конфликтов было очень много в период с период 2000–2020 годов. Суть этих конфликтов была таковой: жители верхнего села по течению перекрывают канал, чтобы спасти свой урожай, оставляя нижнее село по течению без воды. Обозленные соседи идут к шлюзам возвращать воду, и сотни людей сходятся в «каменной войне». В отместку одна сторона перекрывает единственную дорогу к анклаву, а вторая - рушит ЛЭП соседям. Прибывшие пограничники вступают в бой, защищая своих граждан на спорной земле. Далее власти объявляют режим тишины и временно делят воду вручную до следующего лета. Сама же Ферганская долина, которая является ещё и густонаселённой, долгое время страдала социально-экономически от всех этих процессов.
А, вообще, посмотрите на досуге на карту этого региона - и вы увидите эту череду границ. Особенно посмотрите на Ферганскую долину, вокруг которой горы. Только в 2016 году силами Узбекистана и китайских подрядчиков был пробит Камчикский тоннель длиной 19,2 км. До этого момента попасть в долину на поезде напрямую из Ташкента было физически невозможно. Раньше рельсы из Ферганской долины в Ташкент вели исключительно по низине через Согдийскую область Таджикистана.
Лично я думаю, что при образовании СССР 22 декабря 1922 года эти границы со временем были сознательно сформированы таким образом, чтобы Узбекистан (а в прошлом - Хива и Бухара) не мог иметь сильный потенциал к развитию. Однако именно после обретения независимости страна смогла раскрыть этот потенциал.
Конечно, развал СССР - это безусловная трагедия и для самого Узбекистана, но в данном случае он одновременно привёл как к конфликтам с соседями, так и к полномасштабной диверсификации экономики за счёт создания новых производственных цепочек. Например, кооперация с Южной Кореей в рамках автомобилестроения с компанией Daewoo говорит о многом, как и полноценное сотрудничество по другим направлениям. Возможно, отдельно об Узбекистане стоит написать ещё больше, но позже - это очень интересное государство, ведь не зря его называют сейчас «Среднеазиатским тигром».
С другой стороны, борьба с последствиями тотальной засухи Аральского моря из-за масштабных ирригационных работ СССР для производства хлопка ещё продолжается и вряд ли в ближайшее время закончится успехом. Это одна из трагичных страниц нашей общей истории.
Водный конфликт Эфиопии и Судана
Проблема воды как стратегического ресурса выходит далеко за пределы Центральной Азии. Одним из ярчайших примеров является водный конфликт вокруг ГЭС «Возрождение» (Хыдасе) на Голубом Ниле в Эфиопии. Этот конфликт также масштабен, но его будет проще описать кратко - суть уже понятна, исходя из того, что было описано в рамках водного кризиса Средней Азии.
Строительство ГЭС в Эфиопии началось в 2011 году и было полностью завершено в июле 2025 года. На полной мощности станция сможет вырабатывать около 5100 мегаватт - достаточно, чтобы обеспечить энергией десятки миллионов человек. Но для Египта, существование которого напрямую зависит от нильских вод (до 90% пресноводных ресурсов поступает именно из этой реки), плотина стала экзистенциальной угрозой.
Египет и Судан рассматривают данную плотину как продолжающуюся угрозу стабильности в восточной части бассейна Нила и нарушение международного права. Египет также неоднократно угрожал военным вмешательством. Попытки международного посредничества, включая усилия Всемирного банка, не принесли ощутимых результатов. Этот конфликт - наглядная иллюстрация того, как доступ к воде становится фактором геополитической напряжённости в масштабах целых континентов.
Новый вызов: ИИ, дата-центры и их водная зависимость с точки зрения энергопотребления
Однако вода нужна не только для сельского хозяйства и бытовых нужд. Развитие искусственного интеллекта создаёт ещё один, прежде невиданный вызов для водных ресурсов. Дата-центры, обеспечивающие работу систем ИИ, требуют огромного количества электроэнергии и мощных систем охлаждения, которые часто используют воду. Для охлаждения серверов применяются системы водяного охлаждения. Чем мощнее дата-центр, тем больше энергии тратится на снижение температуры, и тем больше воды потребляется. Например, американское исследование 2021 года (https://www.eesi.org/articles/view/data-centers-and-water-consumption) оценивает, что все дата-центры США потребляют около 163 млрд галлонов воды в год. При этом около 40% планируемых и существующих дата-центров в США находятся в регионах с высоким или экстремально высоким дефицитом воды.
В следующей части я расскажу, почему именно Донбасс критически важен для России с точки зрения водоснабжения и почему текущие трудности с водой в этом регионе невозможно решить без комплексного подхода даже после окончания войны. Это будет важно не только для России, но для послевоенной Украины. В новой публикации будут приведены проведённые мной и моими друзьями расчёты, которые мы делали год назад.