ТЕМА: СИСТЕМА ЦЕННОСТЕЙ НАШЕГО НАРОДА (СЦНН) - "Жадност...

ТЕМА: СИСТЕМА ЦЕННОСТЕЙ НАШЕГО НАРОДА (СЦНН) - "Жадность, алчность и среблолюбие".

ТЕКСТ ИНИЦИАТИВЫ: В СЦНН жадность, алчность и сребролюбие всегда занимали маргинальное положение и подвергались жёсткому общественному и религиозному порицанию. В коллективном сознании эти качества воспринимались не просто как личные недостатки, а как угроза выживанию общины и спасению души.

Отношение к этим порокам формировалось под влиянием двух мощных пластов: общинно-земледельческого уклада и христианской этики.

В древности благополучие зависело от коллективного выживания («мира», общины).

Богатство у традиционно ассоциировалось с долей, благословением богов (отсюда этимология: «бог» — «богатство»), но лишь в пределах необходимой меры. Стремление накопить сверх меры за счет соседа разрушало общинную солидарность.

Накопительство ради самого накопления считалось противоестественным. Богатство имело ценность, только если оно пускалось в оборот, шло на пользу семье или помогало нуждающимся.

В сказках и преданиях жадный человек всегда одинок, жалок и в конце концов теряет все (сюжеты о золоте, превращающемся в черепки или пепел). Алчность часто связывалась с нечистой силой.

С принятием христианства народные представления получили глубокую богословскую базу. В восточнохристианской (православной) традиции, доминирующей у большинства наших народов, сребролюбие зафиксировано как одна из восьми главных греховных страстей.

По святоотеческой традиции, сребролюбие (любовь к деньгам и вещам) считается формой идолопоклонства, где мамона (материальные блага) вытесняет Бога.

Если сребролюбие - это внутренняя привязанность к материальному, то алчность - ненасытная жажда приобретения, а жадность - страх потерять или отдать имеющееся. Всё это трактуется как духовная болезнь, ослепляющая ум.

Языковая картина мира славянских народов (включая русскую, украинскую, белорусскую, польскую и другие традиции) переполнена антитезами жадности: Жадность (Скупость) ->Саморазрушение, духовная нищета -> «Скупой платит дважды», «Жадному всё мало, у него и в дождь воды не выпросишь».

Алчность -> Потеря разума, путь к преступлению -> «Безмерно желать - добра не видать», «Загребистый помер, так руки отекли».

Богатство -> Испытание, а не безусловное благо -> «Богатому не спится: богатый вора боится», «Пусти душу в ад - будешь богат».

Вместо культа личного обогащения СЦНН исторически культивировала другие ориентиры:

Нестяжание - добровольное ограничение материальных потребностей ради духовного роста.

Щедрость - готовность делиться с ближним. Подать милостыню или накормить путника считалось священным долгом.

Гостеприимство - расточительное (с рациональной точки зрения) угощение гостей, стоявшее выше личной экономии.

Те же понятия но уже с позиции СЦН ЗАПАДА носят иной характер, в именно - жадность, алчность и сребролюбие, занимают сложное и эволюционирующее положение. Они находятся на стыке христианской этики, которая традиционно их осуждала, и капиталистической философии, которая переосмыслила стремление к богатству как двигателю прогресса.

В католической традиции средневековой Европы алчность (лат. avaritia) считалась одним из семи смертных грехов.

Сребролюбие осуждалось как корень всех зол, поскольку оно отвращало человека от духовных ценностей и заботы о ближнем.

Как показал социолог Макс Вебер в своем труде «Протестантская этика и дух капитализма», Реформация изменила отношение к богатству. Честный труд и накопление капитала стали восприниматься как знак божьего благословения и избранности, при условии, что богатство не тратится на праздную роскошь.

Бернард де Мандевиль в «Басне о пчелах» выдвинул тезис: «Пороки частных лиц - блага для общества». Он утверждал, что именно эгоизм, роскошь и жадность стимулируют торговлю, промышленность и создают рабочие места.

В современной западной модели, основанной на рыночной экономике, классические понятия «грехов» были терминологически заменены более нейтральными и позитивными экономическими терминами:

Вместо слов «жадность» или «алчность» используются термины «здоровая конкуренция», «материальный стимул», «личная эффективность» и «стремление к успеху».

Философия Айн Рэнд (объективизм) открыто провозгласила эгоизм добродетелью. В её понимании человек имеет право стремиться к собственной выгоде, и это является единственным моральным способом существования.

Фраза «Жадность - это хорошо» («Greed is good») из фильма «Уолл-стрит» (1987) стала символом эпохи рейганомики и безудержного финансового капитализма конца XX века.

Современное западное общество живет в состоянии постоянного внутреннего конфликта между двумя ценностными системами: Экономический императив и Гуманистический противовес. Так росту потребления как мерилу здоровья экономики противопоставляется культура благотворительности (филантропия). Накопление капитала и демонстративное потребление ограничивается осуждением корпоративной коррупции и монополий. Приоритету ииндивидуального финансового успеха противопоставлено движение за экологию, осознанное потребление и минимализм.

На Западе считается нормальным и даже похвальным стремиться к максимальной прибыли (например, для топ-менеджеров корпораций), но одновременно с этим общество ожидает от миллиардеров возврата долга обществу через фонды (примером служат Билл Гейтс или Уоррен Баффетт и их инициатива The Giving Pledge).

В XXI веке отношение к безудержному сребролюбию на Западе снова смещается в сторону критики. Это связано с несколькими факторами:

• Финансовые кризисы и растущий разрыв между богатыми и бедными породили такие протестные движения, как Occupy Wall Street.
• Пришло понимание, что бесконечная жадность и сверхпотребление уничтожают планету (концепция устойчивого развития).
• Поколения зумеров и миллениалов на Западе всё чаще предпочитают баланс между работой и жизнью (work-life balance) и «впечатления вместо вещей», отдаляясь от классического накопительства.

ИТОГ: Таким образом можно однозначно говорить о том что философия восприятия данных терминов с позиции СЦН ЗАПАДА однозначно зашла в тупик и больше не может служить надёжным жизненным ориентиром даже для самой западной цивилизации.

В СЦНН жадность и алчность воспринимаются как антисоциальные проявления. Человек, одержимый сребролюбием, выпадал из сакрального порядка общины и церкви, обрекая себя на духовную изоляцию.

Именно такое восприятие жадности, алчности и среблолюбия (через призму СЦНН) на сегодня следовало бы считать приоритетным с целью переосмысления всей философии жизни человека. И это было заложено нашими предками многие века назад для нас как предостережение от которого мы по ошибке отказались...

ПРЕДМЕТ ГОЛОСОВАНИЯ: В процессе голосования прошу поддержать (согласен) или опровергнуть (не согласен) необходимость возрождения в нашем обществе (в нашей стране) обозначенных в посте ценностей согласно СЦНН.

В комментарии можно указать свое мнение более детально, или предложить замечания к тексту. Особенно интересно услышать на сколько данная категория ценностей в формате СЦНН применяется Вами на практике.

Призываю всех к дискуссии.